Популярные сообщения

воскресенье, 20 октября 2013 г.

Утраченное счастье
(Сказка для взрослых)
Когда он в первый раз увидел ее, буквально замер. Просто она в тот миг улыбнулась! И эта улыбка так его поразила. Такой искренней, светлой улыбки он еще никогда не видел. Словно солнышко вдруг выглянуло из-за туч и озарило доселе мрачную землю. Только тонкая морщинка, словно лучик, нарисовалась на ее верхней губе. В кристаллах серо-зеленых глаз заиграли искринки, и они вдруг потеплели, и стало казаться, что их цвет приобрел оттенок и тепло янтаря.
"Здесь какой-то секрет, - подумал он. - Хотя, видимо, это все показалось. Разве можно так улыбаться?" Но она улыбнулась еще, и словно тысячи лучиков заискрились в капельках осени, собравшихся на редких желтых, понуро поникших листочках березы, под которой они стояли. И вдруг, действительно, солнышко выглянуло в прореху облаков, и доселе хмурый осенний пейзаж заискрился светом и заиграл красками.
"Случайность, - раздраженно подумал он. - Это даже в принципе невозможно. В век кибернетики... Обычная девушка, каких миллионы на планете".
Но она улыбнулась снова, и солнце вновь блеснуло из-за туч.
- Чертовщина какая-то, - пробурчал он и поспешил попрощаться.
Заглянул на прощание ей в глаза, а они такие серые, словно день ненастный. ...Больше они не виделись. Судьба бросала его из одного города в другой, а девушку по сердцу он так и не встретил. Однажды цыганка остановила его на вокзале, мол, давай погадаю. Вижу: ищешь ты одну девушку... Он хотя и спешил, но почему-то остановился, протянул руку. Цыганка только глянула на его ладонь и зачастила:
- Встретишь ты девушку, словно ото сна очнешься. Таких, как она, одна на миллион. Ты ее по глазам узнаешь. Обидишь, галаза у нее станут, словно серое осеннее небо. А обрадуется - заискрятся солнечной смолой. Осчастливишь - улыбнется вместе с солнышком. Луч света твоя суженая. Но если не найдешь ты ее за четверть века, превратится она в утреннюю зарю. Ведь пришла она на землю только для того, чтобы тебя счастливым сделать, а не откликнется твое сердце - вновь на небо уйдет.
Глупость какая-то! Сколько можно эти цыганские басни слушать! Вырвал он руку у цепкой цыганки, бросил ей какую-то мелочь и побежал на платформу - скоро нужный поезд отходит. Да нужный ли! Столько лет скитается по разным городам. Скольким девушкам заглядывал в глаза - может, это та самая, о которой цыганка говорила? Иногда казалось, что это та самая, его суженая. Но нет, глаза обычные - нет в них солнца. И все время старался вспомнить о чем-то, что, вроде бы, видел, но пока не осознал. Да куда там - все в заботах, все в дороге, все в поиске. А вот слова обиженной цыганки запомнились.
- Будешь смотреть, да не увидишь своего счастья! - кричала она тогда в догонку. - Будешь тянуться руками, но не дотянешься! Будешь смотреть, но не увидишь! А увидишь, тогда поздно будет, и заплачешь.
Видимо, сглазила колдунья, так как не нашел он во время всех своих скитаний суженую. Казалось, вот-вот, только руку стоит протянуть, но не давалось счастье, уходило сквозь пальцы.
Но однажды срочно пришлось возвращаться домой. Позвала телеграмма - заболела мать. Вошел в старенький родительский дом, посмотрел на сухонькую мать, лежащую на кровати, и пригорюнился - сколько лет в бесполезных исканиях провел! Ни тебе семьи, ни тебе собственного дома, мать вот внуками так и не порадовал. Дождется ли теперь!
Поднял глаза - и остолбенел. Рядом с его мамой та самая девушка, что он когда-то так бездумно оставил. Взглянула на него и радостно улыбнулась. А от ее улыбки комната, словно солнышком, осветилась.
- Это Маша моя, - сказала через силу мать, - как ты уехал, она за мной приглядывает, хоть и, казалось, чужой человек, но душа родная.
Вскоре матери не стало. Закрутили, завертели заботы, а когда очнулся, в дорогу засобирался. Где-то ждет его суженая-ряженая.
Она его на вокзал провожала. Уж когда на подножку поезда вступил, оглянулся. Глаза серые-пресерые, скорбная морщинка у рта.
"Нет, не она. - подумал он. - Таких на планете миллионы. И шагнул в тамбур. Вновь застучали вагонные колеса и понесло его по бескрайним просторам.
Незаметно пробежало время. Седина посеребрила виски, а он уже устал в глаза встречным женщинам всматриваться. Да и что в них можно найти? Чужие глаза, чужая душа.
И вот решил вернуться в родительский дом, поклониться могиле матери. Она одна его вырастила, только чем он отплатил за заботу? Добрался в городок, где родился, где стоял родительский дом, рано утром. По пустынной улице подошел к родному дому и удивился. Стоит дом, как новый, окна светятся, словно праздник какой. Да его ли это дом? Его, поди, уже совсем должен был обветшать, а этот... Да, 25 лет прошло.
Остановился он у той березы, где они когда-то с Машей попрощались, и стал наблюдать. Вдруг дверь распахнулась и из нее выбежала девушка.
"Право, да это же Маша", - подумал он.
Хотел броситься навстречу, но вдруг ярко блеснуло солнце, а девушка, которую он хотел поймать, будто растворилась, и его руки так и остались распростертыми в пустоте. А солнце заиграло, заискрилось и взлетело над домами. А вот Маши нигде не видно. Выходит, упустил он свое счатье, что было рядом. Действительно, исполнились слова той цыганки:"Будешь смотреть, да не увидишь своего счастья! Будешь тянуться руками, но не дотянешься! Будешь смотреть, но не увидишь! А увидишь, тогда поздно будет, и заплачешь". И правда, что-то мокрое почувствовал у себя на щеке. Нет, это дождик заморосил из откуда-то взявшейся тучи.